Мальчишки ловят живца и того проще. Они обходятся без вся­ких подъемников и сеток. Снимают рубашку, завязывают ее соот­ветствующим образом и выходят на охоту на перекат. Взмучива­ют ил. На муть бросаются пескарики. Остается лишь черпать их рубашкой. Не проходит и полчаса, как хлопцы имеют достаточное количество стойких и привлекательных живцов. Самые умелые удильщики иногда вылавливают пескарей-живцов легкой поплавочной удочкой. Но это уже настоящее искус­ство. Начинающему рыболову здесь делать нечего. Как бы там ни было, а на пескариков ловится самая ценная рыба: судак и язь, щука и сом. Разбойник налим тоже не чужд пе­скариков. Но ему опытные удильщики подбрасывают не одного такого живца, а целую гроздь их. Одинаково привлекательна для всех так отзываются многие удильщики о пескаве (личинке миноги), на которую клюют и мир­ные, и хищные рыбы. Почему? Наверно, потому, что похожа и на червя, и на живца. Называют ее по-разному: пескоройка, слепой вьюн, угрица. веретенка, сикла, сик. Об этой самой лучшей насадке ходит множество небылиц. Будто бы добыть ее под силу только самым удачливым, терпели­вым и почти колдунам, так как якобы веретенка обладает какими-то демоническими силами: тут же исчезает, едва человек накло­няется, чтобы взять ее. С непонятным упорством утверждают, что пескава подходит для одних только донных удочек. Да и то, мол, там, где быстрее тече­ние и каменистое дно. Иначе-де она быстро зарывается в грунт. Настойчиво советуют постоянно дергать снасть, чтобы угри­ца опять же не зарылась в песок.